Войны против видеоигр обострилась с новой силой из-за нарушения права международных конфликтов (международное гуманитарное право — часть международного публичного права — прим. Kaito).
Группа по защите прав человека поиграла в лице своих членов в несколько игр с целью выяснить, допускает ли игровой процесс каждой нарушение международного гуманитарного права, регулирующего всё, что связано с понятием военного преступления.
В результате было выяснено, что игры позволяют нарушать международное гуманитарное право, давая игроку возможность убивать мирных граждан, пытать заложников и пленников, умышленно разрушать жилые дома, сооружения.
В отчёте проделанной работы сказано, что разработчикам игр следует уделить больше внимания вопросу восприятия игроками игры и реальности, а также заострить своё внимание на ответственности геймеров за свои действия в игре и в жизни.

Война без тормозов

Исследование провели две швейцарские организации по защите прав человека — Trial и Pro Juventute. Сотрудники играли в игры, в то время как юристы оценивали их (игры) с точки зрения международного гуманитарного права.
Двадцать игр были тщательно изучены (применено английское слово «scrutinised» — такое... мерзкое, попробуйте произнести сами) — прим. Kaito) только ради того, чтобы убедиться, как воссозданы вооружённые конфликты и что игроки могут сделать, будучи в самом центре театра военных действий, конечно, применительно к международным нормам, действующим в реальной жизни.
«Практически полное отсутствие норм либо санкций за их нарушение... ошеломляет. В негативном смысле», — говорится в исследовании.
Army of Two, Call of Duty 5, Far Cry 2 и Conflict Desert Storm были среди исследуемых игр.

Игры анализировались на предмет «наличия конкретных сцен и действий, когда игрок имел бы возможность нарушить международное гуманитарное право». Иными словами, ситуация в игре сравнивается с аналогичной в реальном мире.
Группа тестеров выбрала именно игры, а не фильмы, так как они более интерактивны, т.е. сильнее вовлекают человека в процесс восприятия.
В отчёте говорится: «Таким образом, грань между виртуальностью и реальной жизнью размывается, а игры превращаются в симулятор "горячих точек" из реальной жизни».

Тестеры искали нарушение Женевских Конвенций и их Дополнительных Протоколов, который регулируют правила ведения войны (обращения с военнопленными и т.д. — прим. Kaito). В частности, тестеры рассматривали правила обращения с комбатантами, гражданами, захваченными в «горячих точках», а также правила пропорциональности нанесения ущерба жилым зданиям, сооружениям.
В некоторых играх за убийства мирных граждан устанавливались определённые негативные последствия. И наоборот, за существенное снижение ущерба гражданскому населению во время вооружённого конфликта, предусматривалась награда. Так гласит отчёт.

Однако говорится также, что во многих других играх разрешалось атаковать такие здания, как церкви, мечети, которые по нормам международного гуманитарного права должны особо охраняться. В некоторых играх можно было лицезреть допросы с применением пыток, унижения чести и достоинства, осуществление смертной казни в упрощённом порядке.

Авторы доклада признались, что проект осуществить должным образом было сложно, так как из некоторых игр было сложно установить, является ли конфликт вооружённым или нет. Поэтому сложно было судить, нарушают ли игры вообще международное гуманитарное право.
Плюс игры довольно сложные с точки зрения описываемых событий. В силу этого сложно быть уверенным, что тестеры не упустили из своего виду ничего, никакого возможного нарушения международного гуманитарного права. Либо когда они не нашли ничего, действительно это так или нет.

Протестированные игры: 24, The Game, Army of Two, Battlefield Bad Company, Brothers in Arms - Hell's Highway, Call of Duty 4, Call of Duty 5, Close Combat: First to Fight, Conflict Desert Storm, Far Cry 2, World in Conflict, Frontlines: Fuel of War, Ghost Recon Advanced Warfighter, Hour of Victory, Medal of Honour Airborne, Metal Gear Solid, Soldier of Fortune, Tom Clancy Rainbow 6 Vegas, Tom Clancy Splinter Cell Double Agent, True Crime Streets of LA.

В докладе указано, что даже несмотря на то, что игроки в жизни вряд ли станут комбатантами, игры могут влиять на мнение людей о войне: какова она, как солдаты взаимодействуют друг с другом в реальной ситуации.
Сказано также, что игры вполне ошибочно дают посыл, что в вооружённых конфликтах можно всё, в том числе в контр-террористических операциях.
«Это настоящая проблема нашего времени», — говорится в докладе.
В частности, сказано, что всего лишь некоторые игры отражают следующий факт — «те, кто нарушает международное гуманитарное право, заканчивают как преступники, а не как победители».
Авторы доклада утверждают, что им не хотелось сделать игры менее жестокими по своей сути. «[Мы] призываем разработчиков игр внедрить в свои игры правила ведения войн согласно международному гуманитарному праву».

Джон Уокер (John Walker), один из авторов игрового блога Rock, Paper, Shotgun заявил: «Игры действительно рассматриваются с особенной точки зрения».
Он сомневается, что кто-то начнёт настоящую кампанию по приобретению соответствующих книг, материалов и внедрению международного гуманитарного права в игры. Или начнёт кампанию по обличению Джеймса Бонда за то, что тот использовал пулемёт, продираясь в подземном комплексе к главному злодею.
Уокер также заявил, что авторы доклада не отдают себе отчёт в том, что игроки в состоянии отличить фантазию от реальности.
Джон сказал: «Помните тот спорный уровень в аэропорту в Modern Warfare 2, где надо косить мирных граждан направо и налево? У меня есть смутное предчувствие, что немногие задумывались о том, законны ли их действия или, соответственно, поведение в игре».

Джим Россигнол (Jim Rossignol), кто пишет в том же блоге, заявил, что авторы доклада попытались смешать правила реальной жизни и игровые.
«Решение о том, включать ли правила ведения войны в игру или нет, должно зависеть только от того, как это отразится на геймплее, игровом опыте геймера», — сказал он.
Мистер Россигнол сказал также, что существует целый ряд доказательств, что игровая жестокость «полностью осознаётся» геймером, как фантазия. Исследования поведения солдат, прошедших службу в Ираке, доказали, что увлечение играми не стирает памяти о войне и связанные с ней переживания.
Джим добавил: «Может быть, исследование демонстрирует как раз то, насколько его авторы не понимают, что такое сами по себе игры. И как они [игры] воспринимаются на интеллектуальном уровне теми, кто в них играет».